В Крыму и на Кубани производят половину российского вина. В начале этого года на полуострове работали более 60 виноградарских предприятий, а Краснодарском крае — около 100. До конца года доживут далеко не все. Под ударом в первую очередь небольшие винодельни. Дефицит топлива, нехватка персонала и рабочей силы, отсутствие туристов — все это может привести к тому, что виноделы не смогут даже убрать урожай. Те же, кто справится с этим, столкнутся с отсутствием бутылок и этикеток, а также логистическими проблемами. Forbes выяснял, кто будет собирать виноград в Крыму этим летом, почему даже готовое вино очень сложно продать и чем можно заменить российское игристое
Проблемы с топливом, затронувшие большинство российских регионов, особенно остро ощущаются в Крыму. С 17 июля свободная продажа бензина ведется лишь на 49 местных АЗС (из более чем 170). В начале месяца глава Севастополя Михаил Развожаев рассказывал президенту России Владимиру Путину, что литр АИ-95 стоит в городе 197 рублей. Ситуация осложняется и проблемами с электроснабжением, пострадавшим из-за ударов беспилотников. С 14 июля в Севастополе введено веерное отключение электричества: два часа со светом и шесть часов — без, говорил Развожаев. В ночь на 15 июля была полностью обесточена Керчь, а также часть населенных пунктов в Северо-Западном и Восточном энергорайонах Крыма.
Отсутствие электричества и топлива уже привели к провалу туристического сезона в Крыму. Снижение спроса здесь существенно выше среднероссийских показателей: количество бронирований сократилось больше чем на 40% год к году, рассказывал Forbes вице-президент Российского союза туриндустрии (РСТ) Дмитрий Горин. По его словам туристический спад — но скромнее, всего на 9% — зафиксирован и на главном летнем направлении, в Краснодарском крае. Здесь также есть проблемы с топливом. В июле 2026 года спрос на бензин на Кубани вырос на 34-41% по сравнению с тем же периодом прошлого года, а стоимость бензина — на 12-32%.
Telegram-канал Forbes.RussiaКанал о бизнесе, финансах, экономике и стиле жизниПодписаться
В числе пострадавших от этих проблем — виноделы. И Крым, и Краснодарский край испытывают одинаковые сложности: катастрофический дефицит топлива, сложности с вывозом продукции и ввозом комплектующих, нехватку персонала и рабочей силы, отсутствие туристов, говорит независимый эксперт алкогольного рынка Денис Пузырев. «Сезон сбора винограда наступит через месяц, многим будет просто не на чем вывозить урожай, даже если он будет каким-то чудом собран. Мелкие хозяйства придут к банкротству или попытке продать свои активы», — считает Пузырев. По его мнению, рынок российского вина в итоге может претерпеть серьезные изменения.
Количество действующих лицензированных виноделен в Крыму последние годы росло. По данным Минсельхоза, в 2023 году на полуострове действовали 34 винодельных предприятия, а в 2026-м, по данным СМИ — уже более 60. В Краснодарском крае производством вина, по данным РБК, в 2024 году занимались 51 организация и 44 фермерских хозяйства. Из них 30 виноделен принимали туристов.
Без туристов как без рук
Для многих виноделен туризм был источником существенной части дохода. Например, крупнейшему в России производителю игристых вин «Абрау-Дюрсо» винный туризм приносит около 10% выручки. «Люди специально
ехали на винодельни, пробовали местные сорта, собирали виноград. Виноделы рассказывали, как производят вино,
проводили дегустации и ужины. Сегодня поток иссяк», — говорит Пузырев.
Это подтверждают и виноделы. «До мая
все было неплохо, были планы на туристический сезон. И урожай в этом году
хороший — погодные условия этому благоприятствуют», — рассказывает владелец
винодельческого проекта «Ароматное» Дмитрий Вишневский. Он развивает хозяйство в Крыму уже шесть
лет и за это время инвестировал около 120 млн
рублей. «Бизнес до сих пор не окупился. Мы делали ставку на построение
дистрибуции по всему Крыму, встали в 50 розничных точек. Но сегодня продаж
нет, туристический сезон сорван», — говорит Вишневский.
С 2006 года занимается виноделием в
Севастополе владелец хозяйства Uppa Winery Павел
Швец. «Первые лозы у нас появились в 2008 году, а вино — в 2011 году. Производим
50 000 бутылок в год. Раньше товар шел на Украину и на экспорт в Европу
и Россию — 50 на 50. С 2014 года поставляем только в Россию. Вино Uppa Winery премиальное,
оптовая цена от 5000 рублей. На винодельне был ресторан, мы активно принимали
туристов», — рассказал Forbes бизнесмен.
Отсутствие туристов — огромная проблема. «Их просто нет. Совсем, — сетует Швец. — Нам пришлось
закрыть ресторан, который работал круглый год. Если раньше мы в сезон принимали
1500-2000 человек, то в этом году — 20-30, 99% продаж вина в Крыму нами потеряно».
Производит вино с 2018 года и
основатель проекта Hills & Rocks Алексей Кучеров. «У нас проект небольшой — 10 га.
Всего производим 10 000-15 000 бутылок ежегодно», — рассказывает он. В
проект уже вложено 50 млн рублей, и он не окупился. По словам Кучерова,
глобальная проблема всех крымских виноделен — полное отсутствие турпотока. «Обычно хоть человек 500 нас посещало, в этом году — ноль. Из-за
постоянных прилетов [беспилотников] люди боятся приезжать», — сетует Кучеров.
После учебы в Бургундии свой
винодельческий проект — Bogovich Wine & Vineyard — в Севастополе основала
Ирина Богович. Начинала она с покупки винограда у фермеров и производства вина, позже приобрела свой виноградник.
«Объем нашего тиража 10 000–20 000 бутылок в зависимости от года. За все
существование проекта в него было вложено 120 млн рублей, и он еще не окупился»,
— рассказывает Богович. На турпоток, по ее мнению, местные виноградари
никогда не жаловались, но сейчас людей нет. «Доход от туризма и продажи вина в
сезон был 50 на 50, сейчас 100% произведенного идет на материк», — говорит Богович.
Попробуй довези
Но довезти вино до материка тоже проблема. «Транспортные компании неохотно берутся за перевозку вин, мы как в блокаде», — говорит Богович. «Связи с континентом практически нет, вывезти товар невозможно из-за прилетов», — подтверждает Швец.
Проблем у крымских виноградарей всегда
хватало: купить нормальные пробки, бочки, этикетки, удобрения, оборудование и
другие материалы было непросто, рассказывает Швец. Но сегодня ситуация почти отчаянная: добавились проблемы с топливом. «Перебои с электричеством были и
раньше, мы подключали дизельные генераторы. Но сейчас дизеля нет, точнее он
есть, но стоит на черном рынке от 200-300 рублей за литр. Выхода нет,
приходится брать. Персонал не может доехать к нам из города,
общественный транспорт ходит с перебоями, пытались возить сами, но опять же
топлива нет», — перечисляет Швец. Сезон урожая он ждет с тревогой: «Даже если мы соберем виноград и переработаем его, то к ближе к зиме возникнут проблемы с бутылками, пробками и всем, что связано с бутилированием. На складах, конечно есть запасы, но они не бесконечны». Есть примеры хозяйств, которые уже останавливают производство из-за прекращения поставок бутылок.
Отсутствие электричества создало еще одну проблему: нет интернета, значит продавать вино невозможно, нет связи с ЕГАИС, добавляет Швец.
Из-за нехватки персонала фермеры
возвращаются к ручному труду. «За виноградом надо ухаживать, пропустишь лишь пару опрыскиваний, лозы заболеют и
придется ждать следующий сезон, когда листва опадет и вместе с ней уйдут все
паразиты и инфекции, но работы проводить тяжело, нет топлива для тракторов, —
жалуется Вишневский. — Приходится использовать ручной труд, с ранцами ходить и
обрабатывать лозы».
У
Кучерова из Hills & Rocks недавно взорвали трактор, рассказал предприниматель. Для оставшегося транспорта нет топлива. «От 250 рублей
литр — цена на официальных заправках, причем купить его можно только по QR-коду. А у перекупщиков от 400 рублей», — говорит он.
Кто будет убирать виноград — неясно. «Сотрудников мало, приглашать кого-то невозможно, их нужно везти к себе», — говорит Богович. Пока она рассчитывает на помощь друзей и волонтеров.
Сезон сбора урожая на
полуострове стартует в середине августа. «Самим придется или попытаемся собрать бригаду местных», — говорит Кучеров. По его словам, некоторые фермеры в этом году не будут убирать виноград, кто-то попытается продать его, но себе в убыток. «В прошлом
году цена килограмма была 150 рублей, при таких ценах на бензин проще его
бросить», — говорит винодел. Единственное, с чем у Кучерова нет проблем, так это со сбытом. «У нас
есть свои проекты в рознице и HoReCa: энотека «Виноделы», рюмочная в Зюзино и
винный бар на Винзаводе», — говорит он, и добавляет. — Если удастся доставить».
С транспортировкой есть проблемы и в Краснодарском крае, причем даже у крупных компаний. «Производственные процессы идут по графику в штатном режиме, показатели объемов производства и продаж соответствуют плановым значениям. Как и у большинства участников рынка, наши транспортные издержки растут, что оказывает влияние на себестоимость», — говорит генеральный директор «Абрау-Дюрсо» Елена Зарицкая.
Большой рынок
Сегодня российские игристые вина
занимают 73% рынка, а тихие — 60%, говорит вице-президент Российской ассоциации
экспертов рынка ритейла и руководитель информационного центра WineRetail
Александр Ставцев. До введения заградительных пошлин для вин из
недружественных стран, доля российских игристых была всего 49%.
На Крым приходится 18-20% объемов
выпускаемого в России вина, на Кубань — треть, отмечает Ставцев. Также крупными
виноградными регионами, по его словам, являются Дагестан, Ставропольский край,
Ростовская область. Вино делают и в Осетии, и в Адыгее, даже в Санкт-Петербурге.
«В
Крыму есть ценные бренды, проблемы у которых рынок сразу заметит, но даже
если представить, что объем вин, поступающих из этого региона,
сократится, катастрофы не случится», — считает Ставцев. Среди самых заметных
местных производителей эксперт называет «Инкерман», «Массандру», «Коктебель»,
«Золотую балку», «Агору», «Золотое поле», «Новый Свет» и «Солнечную долину».
По данным аналитического агентства
INFOline, розничные продажи тихих и игристых вин в России в 2025 году
оцениваются в 615,3 млрд рублей или 80,3 млн дал (один декалитр равен 10 л). По прогнозу агентства, на 2026 год продажи вырастут на 9,3%, до 672,4 млрд рублей, а в натуральном выражении снизятся на 0,6%, до 79,8 дал.
Но производство вина заметно снижается. По данным Росалкогольтабакконтроля,
за первое полугодие 2026-го выпуск виноградного вина сократился на
12,6%, до 15,4 млн дал, игристого — на 14%, до 6,2 млн дал.
Производство ликерных вин упало на 31,6%, до 441 100 дал, плодовая
алкогольная продукция сократилась на 46%, до 335 800 дал.
В целом виды на урожай винограда в этом году неплохие, не
было возвратных заморозков весной и сильных осадков во время цветения в июне,
говорит Ставцев. Но потребление тихих вин сейчас
сокращается, продолжает он, в этом году продажи могут снизиться на 2-3%. «Нет смысла производить с запасом — виноделы не хотят в
моменте тратить много на упаковки и этикетки, они видят охлаждение на
рынке, происходит корректировка после нескольких лет активного роста», —
поясняет Ставцев.
Дистрибуторы пока сложностей не испытывают. «Проблем с поставками российского вина мы сейчас не наблюдаем, и предупреждений
о возможных перебоях от наших поставщиков не получали, нам известно лишь о
разовых случаях небольших задержек поставок крымских вин», — говорит
исполнительный директор виноторговой компании Fort Александр Липилин. По его
словам, оснований говорить о дефиците российской продукции пока нет — стоков
достаточно. Российское вино сегодня действительно занимает значительную
долю рынка: по оценке Липилина, в прошлом году она приблизилась к 63%. При этом в
портфеле Fort основную часть ассортимента составляют импортные вина, и с
российской продукцией конкурируют в первую очередь вина из ЮАР, Грузии, Чили. По ценам они сопоставимы с российскими винами, и у
потребителей есть выбор, говорит эксперт.
